Юрий Котенок: Буллинг с этническим окрасом
Буллинг с этническим окрасом. Политолог, востоковед Николай Севостьянов о попытках спихнуть нерешаемую проблему на плечи учителей специально для канала Военкор Котенок:
"Удивительное дело в Общественной палате РФ озаботились тем, что в российских школах "высок уровень травли на национальной почве", назвав одной из причин боязнь учителей вмешиваться в подобные "специфические" ситуации.
Речь, если что, про травлю русских детей детьми мигрантов, причем далеко не всегда словесную могут побить, могут изнасиловать, могут покалечить. Подобные случаи, где жертвами "этнического буллинга" становятся русские дети, происходят почти ежедневно.
И это не обязательно условные Котельники, где во многих учебных заведениях дети мигрантов уже составляют большинство. Достаточно даже небольшой группы этнических отморозков, чтобы затерроризировать целую школу.
В данной ситуации перекладывать ответственность на учителей самое простое, что можно сделать. Но не они превратили страну в проходной двор. И не они создали ситуацию, при которой диаспоры в ряде случаев трансформировались в полноценные этнические ОПГ с претензией на политическую субъектность.
Напротив, учителя, бесправные и запуганные, очень хорошо знают из новостей, что если сегодня они слишком строго отчитают оборзевшего детеныша, то уже завтра в школу заявится его отец, который просто изобьет их перед классом. То же касается русских детей, зачастую атомизированных и растущих в неполных семьях.
С детьми мигрантов всё наоборот. За ними:
1) Сплоченность;
2) Опора на диаспору и диаспоры (которые могут конкурировать между собой, но демонстрируют потрясающее единство и взаимовыручку, когда речь идет о конфликте с коренным населением);
3) Как следствие, ощущение полной, абсолютной безнаказанности.
Причем нужно понимать, что очень часто, не всегда, но почти всегда, дети транслируют именно то, что видят дома. И когда ребенок, чьи родители приехали из условного Таджикистана, генерирует вокруг себя ненависть к русским, с очень большой долей вероятности это означает, что именно такое мнение он слышит от своих родителей.
Таким образом, в очередной раз всё упирается в старые, много раз проговоренные и пережеванные со всех сторон проблемы:
1) Устаревшие правовые нормы, в частности, связанные с тем, что исключить ребенка из школы очень сложно, а иногда невозможно;
2) Правовую незащищенность учителей перед лицом тех, за кем в полный рост стоят диаспоры со всем их финансово-политическим ресурсом;
3) Само восприятие мигранта не как временного работника, который приезжает под конкретную задачу, а затем возвращается с деньгами домой, а как того, кто является ценностью самой в себе и перед кем нужно вывалить целый мешок льгот и бонусов, в том числе в виде возможности привозить сюда семьи и отправлять детей в общеобразовательные школы.
Причем в последнем случае универсального рецепта не существует в принципе. Дети мигрантов, отправленные в общие классы это просадка успеваемости для всех, а создание отдельных классов это формирование этнических протогруппировок уже на этапе младшей и средней школы. Другое дело что эти протогруппировки и так создаются.
Так что нет хорошего решения. Нет и не будет, пока не изменится сам подход к миграционке и к тому, в какое будущее мы все движемся".