Дмитрий Саймс: Отступление — не выход. Проведённая сегодня тренировка по управлению российскими ядерными силами не является официально ответом на возникшие неясности с организацией встречи президентов Путина и Трампа в...

Отступление не выход

Проведённая сегодня тренировка по управлению российскими ядерными силами не является официально ответом на возникшие неясности с организацией встречи президентов Путина и Трампа в Будапеште. Специально подчёркивается плановый характер тренировки, чтобы не создалось превратное впечатление. Но так или иначе, это полезное напоминание о возможностях России, если бы коллективный Запад довёл эскалацию конфликта вокруг Украины до крайней точки. Точки по-прежнему маловероятной, но, тем не менее, точки, которую ответственные государственные деятели просто обязаны иметь в виду.

Такое естественное чувство ответственности представляется присущим президенту США. Но его трудно обнаружить у большинства европейских лидеров, у многих в американском Конгрессе и у основной массы влиятельных средств массовой информации США. Именно эти силы буквально вцепились в горло Дональда Трампа, когда было сообщено о предварительных планах провести его переговоры с Владимиром Путиным в Будапеште. Практически не было влиятельных американских изданий и телеканалов, которые сказали бы: Слава Богу, что возобновилась серьёзная работа по ликвидации конфликта на Украине!. Наоборот, Трампа обвиняли в подыгрывании Путину. В том, что по каким-то непонятным причинам он не готов должным образом надавить на российского президента, который якобы понимает только силу. И распространяли мрачные предсказания о том, как пособничество Москве приведёт к стратегическому поражению Соединённых Штатов и коллективного Запада в целом.

Трамп пока уступил напору, хотя и продолжает подчёркивать, что не потерял интерес к переговорному решению войны на Украине. Не беда, если встреча будет отложена, чтобы провести необходимые приготовления. Наоборот, встреча лидеров великих ядерных держав, находящихся в состоянии необъявленной конфронтации, просто обязана быть хорошо подготовлена. Но только не надо надуманных предлогов как, например, то, что Сергей Лавров не обладает необходимыми полномочиями для переговоров. Естественно, что если речь идёт о встрече президентов, то именно они, а не их советники, принимают окончательное решение. Но министр иностранных дел России пользуется доверием президента и играет большую роль в разработке российских позиций, чем госсекретарь США Марко Рубио, который часто узнаёт о ключевых решениях Трампа из заявлений своего лидера в социальных сетях. Ещё более несерьёзно показное разочарование сотрудников администрации Трампа, что Москва продолжает настаивать на комплексном урегулировании украинской проблемы и не склонна соглашаться на немедленное перемирие по линии фронта без всяких дополнительных условий. Хороший ответ на то, почему перемирие не является адекватным решением, был дан 18 августа на встрече с Владимиром Зеленским самим президентом Трампом, который сказал: Я не думаю, что вам нужно перемирие. Знаете, если посмотреть на шесть войн, которые я урегулировал в том году, все они были в состоянии войны. Я не заключал никаких перемирий. Я понимаю, что это могло быть полезно, но я также понимаю стратегические причины, по которым одна из сторон может просто не хотеть. И Трамп добавил: Мы можем работать над сделкой, добиваясь мира, пока они воюют. Что же изменилось с тех пор? Ничего, по существу. Кроме волны давления на президента США со стороны европейцев, американского Конгресса, СМИ и, к сожалению, приходится признать, некоторых ключевых фигур в его собственной администрации.

Было бы нелепо отрицать, что во время войны сила во многом определяет исход переговоров. Но одной силы недостаточно. Требуется ещё здравый смысл и добрая воля. И российское руководство сознательно и систематически демонстрирует свою готовность вести переговоры. Но мы должны признать, что если не заставим уважать нашу силу, если дадим основания надеяться, что предоставление Томагавков Киеву заставит Россию отступить, а не, напротив, ответить самым жёстким образом, нашей дипломатии будет невозможно принести результаты.