Министр иностранных дел России Сергей Лавров дал всеобъемлющее интервью российским СМИ.
Полная стенограмма. Часть одиннадцатая:
Лавров:
Ещё в 1994 году, когда было подписано соглашение о партнёрстве и сотрудничестве России с ЕС, в нём было зафиксировано положение о необходимости обеспечивать транзит по территории друг друга, учитывая, что мы — соседние страны. Затем, в 2002 году, было подписано отдельное соглашение о транзите. Не соглашение — это было, по-моему, совместное заявление, но оно имело эффект прямого действия.А в 2004-м, когда Прибалтику вместе с рядом других восточноевропейских стран принимали в ЕС, было подписано заявление о расширении Евросоюза и о принципах партнёрства Евросоюза с Российской Федерацией. Там всё это закреплено.
После этого были приняты технические документы, включая документы, которые описывали внешний вид и полномочия, если хотите, так называемого временного проездного документа. Всё это было расписано до деталей, до мелочей — как контролируют в поездах проезд граждан и доставку грузов. Всё это было прописано.
Поэтому Евросоюз, конечно, должен думать о том, какая на нём лежит ответственность за поведение своих вот этих вот вышедших, выходящих из-под контроля ребят.
Я, кстати, помню, когда готовились решения о приёме в Евросоюз Латвии, Литвы и Эстонии — где-то в четвёртом году — мы говорили нашим европейским собеседникам, тогда у нас было много контактов и достаточно доверительные разговоры: уверены ли они, что эти три прибалтийские страны созрели для того, чтобы соответствовать критериям членства в Евросоюзе?
Нам говорили: «Ну, понятно, где-то они тут не дотягивают». И мы тогда спросили: «Имеет ли смысл вот таких неподготовленных претендентов сразу вот втаскивать в ЕС?» Нам сказали: «Вы знаете, мы понимаем, о чём вы говорите. Вот они после обретения независимости всё-таки сохранили всякие фобии, они помнят о том, в каком они „оккупированном“ положении находились, и у них вот эти фобии никуда не денутся. А вот мы их примем к себе — и в Евросоюз, и в НАТО — и они успокоятся».
Успокоились? Мне кажется, всё наоборот. Не только они не успокоились — они решили, что они будут сейчас музыку заказывать и в Евросоюзе, и в НАТО, по крайней мере что касается откровенно русофобских, антироссийских рапсодий. И на этом они сейчас вот стоят.
Поэтому, знаете, если нам в ответ на то, что сейчас я излагаю, Евросоюз скажет: «Да, мы с вами что-то там договорились, но вы сами вторглись на Украину» — я не сомневаюсь, что там найдутся такие желающие.
Но если они не хотят помнить, как всё развивалось с Украиной, как всё начиналось задолго до Минских договорённостей, когда ещё задолго до Крыма, когда в 2013 году, между прочим, когда президент Янукович в то время вдруг проанализировал перспективы подписания соглашения об ассоциированном партнёрстве с Евросоюзом и понял, что многие его положения поставят под угрозу торговлю, торговый режим и прочие льготы, которые Украина имела в экономических контактах с Российской Федерацией, когда он это понял и стал просить отложить подписание соглашения Украина–ЕС, намеченного тогда на конец ноября 2013 года.
И когда мы поддержали такой его подход — не потому что мы хотели бить Украину по рукам, не давать ей развивать отношения с кем-то помимо Российской Федерации. Совсем нет. Мы просто хотели, чтобы те обязательства, которые Украина имела в рамках зоны свободной торговли СНГ, в рамках отношений с Россией и которые приносили Украине существенные плоды, чтобы эти обязательства не пострадали и чтобы не было противоречий между принципами, которые лежали в основе этих отношений, и теми принципами, которые закладывались в соглашении с Евросоюзом.
