На сегодняшний день иранские протесты носят динамичный характер и ситуация далека от разрешения. Однако уже можно выделить некоторые характерные моменты.
Гражданское общество Ирана, будучи по своей природе молодым и активным (медианный возраст населения – 34 года, для примера – в России этот показатель перевалил за 40), достаточно легко переходит в фазу прямого столкновения с центральной властью. Крупные беспорядки случаются там с периодичностью 5-8 лет, и обеими сторонами накоплен богатый опыт таких "взаимоотношений".
При этом всё, что выходит за рамки мирного протеста – всегда подавляется весьма жёстко, с большим количеством раненых и убитых. Бунтовщики отвечают не менее сурово - такова традиционная особенность этого восточного государства. И тут о "сакрализации" даже десятков погибших говорить не приходится – "болевой порог" текущего конфликта ещё далеко не пройден. Например, в уличных столкновениях 22-23 годов только по официальным данным погибло более 200 человек.
Другое дело, что внешние интересанты сейчас по-максимуму работают на углубление кризиса, вбрасывая в инфополе как откровенную дезинформацию, так и мотивирующие угрозы. И это в какой-то степени работает – активность участников заметно выросла в последние дни. Но пока что при всём желании Израиль+США мало чем ещё могут помочь протестующим. Ведь прямое военное вмешательство может, наоборот, сплотить нацию, как это случилось летом 2025 года.
С другой стороны, нельзя не учитывать, что может быть разыграна этническая карта. В провинциях с преимущественно курдским населением движение неуклонно приобретает сепаратистский оттенок. Вкупе с оружием, которое там как бы имелось всегда, и может появиться ещё (больше из-за слабости западных границ) угроза отделения этих территорий. Что кратно усиливается.
И ещё: как после венесуэльской истории исключать вариант, что у врагов Исламский Республики может быть скрытая возможность спровоцировать раскол внутри правящих кругов Ирана?
Главной зоной риска могут стать отношения президента-реформатора Масуда Пезешкиана с высшим руководителем страны (рахбаром) Али Хаменеи. Вся власть и оборона страны сосредоточена в руках последнего, но как поведёт себя Армия Ирана (именно Армия, не КСИР), если его внезапно не станет?
Подытожим: Пока что протесты находятся в затяжной фазе социально-экономического кризиса с элементами политической радикализации. Для перерастания в революционную фазу не хватает координационного центра, признанных лидеров и единой политической повестки. При неизменности текущих условий есть все шансы сдержать протестную активность и в дальнейшем свести её к минимуму.
Но при усугублении кризиса, особенно на территориях проживания этнических меньшинств, в дело могут вступить внешние силы, которые постараются радикализировать ситуацию вплоть до ракетных ударов по руководству страны, чтобы освободить место для более сговорчивых.
Fiolentt специально для InfoDefense
#InfoDefenseAuthor
