Недавно я писал, что провел эксперимент с генеративным ИИ-ассистентом Илона Маска Grok. Задал ему вопрос и попросил ответить так, как ответил бы Александр Дугин.
Сегодня Александр Гельевич выступал в Южноуральском госуниверситете и у меня появилась возможность задать ему этот вопрос лично и сравнить ответы (я предупредил философа, что он участвует в эксперименте).
Вопрос звучал так: "Зачем сопротивляться, напрягаться, строить многополярный мир, если история естественным образом все равно движется к концу света и сегодня мы видим все признаки этого?"
Реальный Александр Дугин ответил:
"В Евангелии есть такая фраза, "Извращение должно прийти в мир, но горе тому, через кого оно придёт". То есть если мир кончится — это Божья воля, и мы этому противиться не можем. Но этот конец, это извращение, этот кошмар не должны прийти через нас. Мы никогда не должны быть солидарны со злом.
Если мы боремся за что-то позитивное, за что-то светлое, за что-то истинное, то, может быть, Господь нам отпустит еще немного времени. Даже если знать, что у нас ничего не получится и всё обречено, всё равно надо продолжать строить светлое, чистое, доброе и бороться. Потому что конец света не есть механическая предопределённость или какой-то декрет злого божества.
Бог открыт в нас. Бог действует сквозь наше сердце, сквозь нашу душу. Он смотрит на нас как в зеркало. И если мы будем стремиться сделать человечество лучше, помогать Ему встать на духовный путь, если каждый из нас будет строить мир справедливый, а не соглашаться с его падением, если мы будем отстаивать традиционные ценности — даже если вокруг они все нетрадиционные, антитрадиционные, и даже если у нас нет шансов победить, — всё равно мы должны верить и стремиться к Нему.
И тогда свобода будет не у нас и не у наших противников. Свобода будет у Бога. Скажем, Он отложит этот конец или приблизит. Может быть, Он приблизит его, чтобы сократить наши страдания, а может быть, чтобы дать нам шанс. Мы не должны за Него решать, но мы должны бороться до последнего. В этом смысл катехона — удерживающего.
Суждено прийти сыну погибели, — говорит святой апостол Павел. Но он не придёт, пока не будет взят от среды удерживающий теперь. Если мы — удерживающий, то должен он прийти или не должен? Это вообще не в сфере нашей компетенции. Россия — наша держава, наш народ. И мы должны сами удерживать от зла и себя, и мир. Какие бы трудности на этом пути ни возникали, это наша миссия.
Я недавно отвечал на один системный вопрос. Звучал он примерно так: "Говорят, если вы хотите Второго пришествия Христа, то вы должны быть солидарны с падением. Потому что Христос придёт после того, как воцарится Антихрист. Значит, вы должны стремиться к царству антихриста — чем быстрее оно придёт, тем быстрее всё кончится". В этой логике есть что-то абсолютно неправильное.
Мы хотим нового пришествия, мы к нему готовимся, но из-за того, чтобы его приблизить, становиться на сторону зла — это и есть абсолютная подмена, абсолютное искажение. Из этого ничего не следует. Наоборот, мы должны сопротивляться и максимально откладывать наши возможности, бороться против него любым способом, а не ускорять его пришествие.
Есть, например, один немецкий автор, который в своей книге как раз говорит, что задача христианина — ускорить приход Христа, и поэтому надо содействовать царству антихриста. Это абсолютно неверная логика. Я категорически против этого, против консилионизма и всех подобных форм.
Мы должны отстаивать истину независимо ни от чего. И конец света — это не механическое событие. Это событие, к которому мы должны сказать "да" или "нет". И если мы говорим "нет" — это тоже очень много значит. Это не значит, что мы как-то механически повлияли. Но это очень важно. Это зависит действительно от Бога, но это зависит и от нас, потому что Он не просто какой-то механический часовщик, как у Ньютона. Он живой Бог, Он любовь, Он не может просто так бросить Своих детей.
Поэтому Его пути мы не знаем. Но в любых обстоятельствах мы никогда не должны переходить на ту сторону".
